Бубка: За 6-метровый рекорд мне дали 1200 руб премии

735c9ea0

Бубка Позавчера исполнилось точно четверть столетия со дня первого скачка человека с шестом на 6-метровую высоту.

Африканское футбольное полоумие, не отпускавшее от себя больше месяца, вероятно, несколько приглушило обычную реакцию на иные символьные мероприятия в спортивной истории, однако все-таки журналист «СЭ» оказался одним из первых, кто поприветствовал Сергея Бубку с 25-летним юбилеем со дня его первого исхода «в шестовой космос». Это случилось 13 августа 1985 года в 18 часов 44 секунды по среднеевропейскому времени на стадионе имени Жана Буэна в пригороде Рима.

Прекрасно помните тот день?
Можно даже сообщить, в подробностях. Впрочем сама дата воспринимается едва: трудно «смириться», что прошло 25 лет… Самое поразительное во всей данной истории состоит в том, что скачок, который затем представят «знаменательным» и придумают еще гору цветастых эпитетов, вышел абсолютно внезапно и уж в точности никоим образом не предполагался.

Другими словами?
13 августа днем команда легкоатлетов сборной СССР, и ваш преданный прислуга среди них, направились из Города Москва во Францию для участия в одном из шагов «Гран-при», который мог пройти на следующий день в Ницце. Однако еще до вылета из Шереметьева мне объявили, что учредители некоторого незначительного чемпионата во Франкфурте крайне планируют, чтобы я выступил в нем сегодня. На всякий случай позвонил в Донецк — посоветовался с Петровым (долголетний инструктор Бубки. — Прим. Ю.Ю.). В. Афанасьевич был краткий: «Ориентируйся по здоровью и решай сам». Ну я и принял решение: раз просят — отчего не исполнять?

Напрямую из Орли — на спорткомплекс?
. Смог лишь кинуть вещи в отелю и переодеться. Ни душ взять, ни поесть. На разминке, чтобы ощутить неизвестный раздел, сделал тестовый скачок на 5,50 и обыкновенно сшиб высоту рукою.

Для чего?
Предзнаменование у меня такая была: пускай лучше рухнет на разминке, чем в зачетной попытке.

Ожидать первого исхода продолжительно понадобилось?
Как всегда — дня два. Однако я принял решение: чтобы сэкономить силы для Ниццы, насколько бы низко сегодня ни прыгнули конкуренты, начну состязаться с той высоты, которая для них будет заключительной.

Если бы кто-то определил мировой рекорд?
(Иронизирует.) Тогда начал бы со всемирного рекорда! Однако это было невозможно, как вы видите. Конкуренты завершили на 5,70, где наш Александр Крупский обставил по попыткам француза Филиппа Колле.

У вас не появилось неприятностей на данном этапе?
Совершенно никаких. Впрочем начинал так низко в первый раз в жизни.

Представляю, что было написано на лицах конкурентов, когда Бубка выбрал 6 километров точно!
Несколько не так все было. Вначале я «на автомате» выбрал 5,95, что превышало моего же рекорда мира на 1 сантиметр. Однако затем подумал: для чего? Я три раза состязался на данной высоте, но она стояла, как заколдованная. Так отчего не сразу 6 километров? Продемонстрировал арбитрам раскоряченную рука левой руки и большой мизинец левой. Никакой перевод не нужен. Что же касается конкурентов, которые не торопились оставить раздел, то в их лица я в то же время не вглядывался. Крупский затем говорил, как настаивавший рядом с ним француз Билл Олсон вдумчиво выговорил: «В случае если он в настоящее время прыгнет, я ухожу играть в гольф».

Что было далее?
В 1-й попытке обрушил высоту, как в обыкновенном скачке: передушил снаряд — вот он мне и отплатил. Пожалуй, со стороны смотрелся так растерянно, что трибуны даже начали свистеть, как на футболе, — французы понимают прок в шесте. Но несмотря на это после 2-й попытки замолчали: повысился прекрасно, с резервом. Впрочем, в необходимую линию движения не записался и, падая в поролоновую яму, задел высоту животиком.

В то же время «по законам жанра» рекордсмен мира Сергей Бубка был просто должен вспомнить известную фразу с обложки учебного журнала ученика Сережи Бубки: «Пока есть попытка — ты не проиграл»…
(Иронизирует.) Чтобы что-нибудь «вспомнить», вначале надо забыть, а со мною такого не было. К слову, мимоходом должен привнести четкость: права автора на данную фразу принадлежат совсем не мне и не Петрову, как неверно сообщали очень много лет корреспонденты, а Витольду Анатольевичу Крееру, известному в прошлом прыгуну троичным, действовавшему тренером в сборной СССР.

В ожидании заключительной попытки спорткомплекс, пожалуй, замолк?
Совсем нет. Именно тогда, когда я готовился сигать, проходил какой-нибудь беговой конец, на который бурно отвечала аудитория, и я рассеивался, можно сообщить, «под шум».

Вы однажды заявляли мне, что самим скачком остались не удовлетворены. Притворялись?
Никак. В техническом плане он вышел вовсе не идеальным, но это не имело значения. Основным было другое: запатентовать за собой скаковой Эверест ранее французов, в те годы главных наших конкурентов, да еще у них дома!

Они посчитали это нездорово?
Более чем. Инструктор французских шестовиков, к примеру, пустил «утку», как будто на состязаниях не было допинг-контроля и вследствие этого рекорд Бубки не будет засчитан. Но даже сами французы в данную ересь не веровали. Рекорд прошел накануне Дня взятия Бастилии, наибольшего французского торжества, который подчеркивается 14 августа, вследствие этого самой повседневной журналистской шапкой стало «Бубка получил Бастилию!». 2-й по известности, наверное, тянулась галактическая тематика: мой скачок даже сопоставляли с полетом Юрия Гагарина.

Смелый вопрос: некая награда за «скачок в 21 век» надеялась?
Стандартная награда от Госкомспорта СССР — 1500 руб минус подоходный налог. «Аккуратными» выходило что-нибудь около 1200. Помните, что тянулся 1985 год, и мы только что начали ездить на платные старты. Я в ту время был победителем и рекордсменом мира, вследствие этого тянулся нарасхват у учредителей больших турниров. Не понимаю, сколько они уплачивали за мое активное участие, для наших спортсменов это были «скрытые» денежные средства, уходившие в кассу Госкомспорта. Понимаю лишь, что моя высокая востребованность позволяла другим богатырям двигаться на состязания, так сообщить, прицепом к Бубке. Что также было хорошо.

13 августа 1985 года вы могли представить, что будет проходить четверть столетия — а скачок на 6-метровую высоту как и раньше будет оставаться только уделом лучших и обеспечить победу в любом старте? Отчего так проходит?
Бесспорно, я полагал, что дело последует радостнее. Пожалуй, не все еще поняли, что такие высоты предполагают свежие аспекты скаковой подготовки и в первую очередь — высокий технологический уровень скачка.

Можете дешифрировать, что подразумевается?
На сленге шестовиков это можно назвать «дать дорожку на снаряд». В момент толчка снаряд должен приобретать предельное перемещение, тогда подъем к планке становится натуральным продолжением разгона. В то же время очень многие шестовики наклоняют снаряд, почти стоя на месте, вследствие этого у большинства выходят средненькие итоги, вне зависимости от скорости разгона, антропометрических данных атлета, большого хвата и жесткости шеста. «Мировые» высоты нивелируют любые преимущества шестовика, в случае если нет того, о чем я заявил. Передачи дорожки в снаряд.

Кто-то из передовых шестовиков способен посягнуть на ваши «постоянные» мировые рекорды — 6,14 на стадионе и 6,15 в зале?
Всего лишь новозеландец Стивен Хукер.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *